Жизнь в стиле соло: почему её выбирают молодые хабаровчане

Никто не хочет остаться один. Все хотят быть нужными. Человек по природе — животное социальное. И несмотря на это, все больше людей выбирают полный контроль над личным пространством, тем самым игнорируя социальные потребности. Прийти к жизни одному можно разными путями, по своей воле или по стечению обстоятельств. Но причины не столь важны, важно следствие. Как влияет на человека подобный образ жизни? Сегодня HLEB постарается разобраться. Поможет нам психолог Наталья Кочан. Она прокомментирует этот феномен с точки зрения общесоциального явления.

Пролог

«Массы людей решились на этот социальный эксперимент потому, что, в их представлении, такая жизнь соответствует ключевым ценностям современности — индивидуальной свободе, личному контролю и стремлению к самореализации, то есть ценностям, которые важны и дороги многим с подросткового возраста. Жизнь в одиночестве даёт возможность делать то, что мы хотим, когда мы этого хотим и на условиях, которые мы сами устанавливаем».

Из книги «Жизнь соло. Новая социальная реальность», автор Эрик Кляйненберг.

Потеря рефлексов

В жизни каждого может сложиться ситуация, при которой просто остаёшься один. Я приехал с любимым человеком в Хабаровск. Но со временем, думаю, стал ему не нужным. Вслед за этим и я охладел. Что касается родителей, то они живут в другом городе, у них своя жизнь. У друзей также есть личное пространство, не хочу доставлять им неудобство. Не могу сказать, что этот стиль жизни выбран по собственному желанию. Просто так получилось. В какой-то момент у меня вообще пропало желание делить с кем-то своё жильё. Может быть, поменялись ценности.

Сейчас мне спокойнее двигаться одному. Когда я один, на мне меньше ответственности, отвечаю только за себя, чужие проблемы больше не волнуют. Мне никто не мешает, не отнимает время, которое могу потратить на себя. Также появились бытовые ритуалы, которые сложно с кем-то делить, а искать компромиссы в этом плане тяжело — не всегда получается сказать человеку, что он переходит черту. Теперь мне некомфортно разделять с кем-то своё личное пространство.

Наталья Кочан
практикующий психолог, стаж 10 лет

Мне кажется, что люди на самой своей глубине — одиночки. Ведь когда-то, в самом начале, согласно мифам и преданиям, появился один-единственный человек. Потом стало скучно и он захотел другого рядом. Наверное, для того, чтобы было с кем общаться, узнавать о себе, делиться чувствами и эмоциями. Потом, как и любой биологический вид, люди стали размножаться. И это оказалось второй задачей человечества.

Позже, когда людей стало достаточно, стали образовываться семьи, общины, компании. Все это — понятия социальные и организованы изначально для конкретных целей: обеспечения базовой безопасности, ведения совместного хозяйства и освоения новых горизонтов. Долгое время эти цели были в приоритете. Заселение Земли, войны, круговорот жизни и смерти, выживание — все это способствовало тому, чтобы люди держались семьями, группами, диаспорами.

В начале 21 века многое стало меняться повсеместно.

Адаптация

Если ты увлечён работой, то на личную жизнь остаётся мало времени. Меня это сейчас устраивает. Тем более, технологии общения по Интернету и достаточный заработок для закрытия потребностей в жилье, еде, передвижении и развлечении позволяют мне чувствовать себя абсолютно комфортно. Просто живу и наслаждаюсь жизнью. Если появится человек, которого я буду готов принять в свою жизнь, то отлично, если нет — мне и так нормально. Вообще я считаю, что у одиночества есть большой плюс — это повод разобраться в себе и понять, что тебе нужно в жизни.

На примере других людей теперь осознаю хорошие стороны жизни одному. Когда сижу в баре с друзьями и слушаю их жалобы на совместную жизнь, в ответ я говорю одну фразу: «Ну, у меня таких проблем нет».

Наталья Кочан

Если рассматривать тривиальный быт сейчас в сравнении, например, с 2009 годом, то жизнь стала намного сытнее и безопаснее. А это значит, что одна из основных потребностей постоянного совместного пребывания стала менее актуальной. Другой фактор — общение — стал доступнее в виртуальном пространстве. Но это, на мой взгляд, не причина, а способ. «Рай для интровертов» — я так иногда говорю. В обществе, стремившемся к коммунизму, нас долго и насильно объединяли, строили в ровные, одинаковые колонны. И, может, неплохо, что объединяли. Но плохо, что насильно.

Лицом к лицу

Время от времени, когда приходишь вечером в пустую квартиру, настигают приступы одиночества. Всё-таки иногда оно становится невыносимым. Ищу способы сбежать от этого. Один из самых проверенных — работа на износ. Уставать так, чтобы прийти домой и сразу лечь спать. А когда всё-таки появляется свободное время, ухожу в социум. Могу один пойти в бар, пообщаться с барменом. Прямо скажем, в такие периоды я стараюсь не оставаться один на один с собой. Иногда хочется, чтобы мои друзья пришли на помощь и вытащили из этого состояния. Но проблема в том, что я не хочу их напрягать. Всё-таки между нами нет той родственной связи, которая обязывает их впрягаться за меня. Ну не могу я подойти к ним и сказать, мол, давайте мы будем вместе двигаться до конца, как в «Достучаться до небес». Друзья друзьями, но у каждого своя жизнь.

Нужно заполнить пустоту внутри себя. Чтение книг в этом помогает. Однако, это не решает проблему, лишь убивает симптомы. Я постоянно нахожусь в ожидании того, что снова станет хреново.

Наталья Кочан 

И всё-таки я не думаю, что большинство молодых людей будет выбирать «жизнь соло». Третий фактор — продолжение рода — лежит в более глубоких архетипичных слоях психики. Это базовый инстинкт. Ему трудно сопротивляться. А детей лучше растить в семье. Это тоже всем известно. Ещё не одну сотню лет объединение этих мотиваторов останется определяющим фактором совместного проживания для большей части нашего общества.

Катарсис

Теперь я понял, что это не зависит от окружения, моего физического состояния. Одиночество может настигнуть и в семье, и в весёлой кампании, и в отпуске на тропическом острове. Оно у меня в голове. Я мазохист и получаю кайф от того, что мне плохо. Мне необходимо время от времени получать ту самую эмоцию. Я откровенен с самим собой — я люблю пострадать. Это не стиль жизни. Это лишь периоды. И они будут всегда.

Однако, столкнувшись лицом к лицу с самим собой, я стал обречён на перманентно-экзистенциальное беспокойство. Кто я такой. Для чего я существую. Зачем мне всё это. Раньше все было просто — живи, чтобы жить. Но мир усложняется. Люди окружили себя комфортом. А когда вопрос выживания решён, возникает следующий — в чем смысл? И я обречён без конца им задаваться. Но познание не приносит успокоения, не приносит истины. Ибо оно бесконечно.

__________________________________________________________________

При написании данной статьи были использованы материалы из интервью с хабаровчанами, которые живут одни:

  • Гриша, 26 лет, дизайнер
  • Илья, 25 лет, маркетолог
  • Лена, 27 лет, руководитель отдела качества и стандартизации
  • Коля, 34 года, руководитель транспортной компании

Расскажи друзьям:

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

Темы