Снова в школу: молодые педагоги о своей работе

Сегодня и вчера — по-старому и по-новому, — в России празднуют День учителя. Специально к этому празднику HLEB поговорил с молодыми педагогами, которые сознательно пошли работать в школу, несмотря на типичные предубеждения молодых людей. Нам пришлось немало потрудиться, чтобы их найти, еще чуть больше — чтобы убедить их рассказать об этой интересной профессии, в которой молодых людей мало, а ее престиж почему-то падает
Ксения Ерохова
21 год, учитель начальных классов в школе №72

«Я не собиралась становиться учителем. Изначально хотела поступить на истфак, но в последний момент забрала документы, отнесла на факультет начального образования и прошла на бюджет. Думала, если не понравится — переведусь. Но в итоге осталась.

В университете вся учеба сводилась к теории, реальной работы не хватало. Решающим моментом стала практика на последнем курсе. Именно после нее я подумала: а почему бы и не пойти работать в школу? И вернулась в ту же, где училась сама. Опыта, конечно, пока не хватает. Возникают трудности с заполнением журнала, приходится просить помощи у коллег. Некоторые из них еще меня учили.

Я классный руководитель 1 класса. У меня 30 детей в возрасте 6-7 лет. Эмоционально это непросто. Для себя я сформулировала принцип: учитель должен быть добрым, справедливым, но строгим. Иначе совладать с толпой не получится. Дети не любят, когда на них кричат или ругают ни за что, но должны чувствовать авторитет преподавателя. Взамен хорошо проделанной работы я получаю живое и благодарное общение.

Сначала родители смотрели на меня с неодобрением, и их можно понять — вчерашняя студентка теперь будет учить их детей. Первые собрания проходили сложно, на меня смотрели с большим недоверием. Но постепенно отношения наладились, родители показали, что доверяют мне. Думаю, я завоевала их уважение.

Уроки начинаются в 8:00 и заканчиваются в 12:00. Потом я проверяю тетрадки, заполняю журнал. Из-за того, что в мой кабинет приходит вторая смена, приходится прятаться в библиотеку или в учительскую. Дома еще готовлю уроки. Первые дни я падала спать сразу после занятий. Физически не было сил что-то делать.

Сейчас подход к обучению отличается от того, что был 10-15 лет назад. Вводятся новые стандарты. Они подразумевают, что учитель не просто дает информацию, а ставит перед учениками проблему, которую они должны решить.

Например, мы учим цифру 4, и знакомство с ней я начинаю с примера 3+1. Для шестилетнего ребенка это не так просто, как кажется. Только половина моего класса умеет считать, а лишь двое — читать по слогам. Но это нормально, программа на то и рассчитана. Электронные учебники мы не используем, и дневники у нас тоже обычные, бумажные. Но зато почти в каждом классе есть проектор.

Если честно, я не совсем понимаю, из чего складывается моя зарплата — пока не видела полного расчета. Знаю только, что, как молодому специалисту, к окладу (он равен 7 000 рублей) мне добавляется 35% и еще что-то. Да, выходит немного, но это меня не остановило. Есть и плюсы: я живу рядом и не трачу деньги и время на дорогу.

На удивление, многие мои одногруппники, которые изначально, как и я, не хотели работать по профессии, сейчас школьные учителя. Значит, смогли перебороть свои страхи. Да, они у нас были.

Я за то, чтобы молодые специалисты шли работать в школу. Нет никаких сожалений, что выбрала эту профессию. О карьере пока не задумываюсь, куда больше сейчас меня волнуют дети. Я переживаю за них и надеюсь, что после четырех лет со мной в их светлых головах останутся знания».

Анастасия Чернова
22 года, учитель русского языка и литературы в школе №49

«В прошлом году я закончила факультет филологии. Пошла именно туда, потому что любила читать и больше никем, кроме как филологом, себя не видела. Как это часто бывает, даже не предполагала, что пойду работать учителем, но после практики на 5 курсе поняла, что нашла свое место. Я всегда любила детей, а еще мне нравится быть строгой и когда меня слушают.

Я веду уроки русского языка и литературы в двух пятых, шестом и седьмом классах. В каждом из них примерно 30 человек, в сумме это около 120 детей. Каждому необходимо оставить частичку себя, уделить минуточку. Рабочий день длится примерно 6-7 часов. В окне между первой и второй сменой я закапываюсь в тетрадках с домашними заданиями. После особенно загруженных дней я настолько устаю физически и морально, что прошу мужа вечером помолчать — выдавить из себя беседу не удается.

Да, дети читают мало. Причина в отсутствии мотивации. Она еще есть в пятом классе, ученики стараются ради оценок, а в седьмом поддерживать ее уже сложно, приходится исхитряться. Я стараюсь показать классических героев живыми и актуальными.

Провожу аналогии, например, между Онегиным и современным человеком. Я заметила, что если родители увлекаются искусством и литературой, то и дети будут. Всё же среда оказывает влияние.

В предыдущей школе (я меняла место работы, потому что переезжала в другой район) я была классным руководителем, но в новой не стала брать это на себя. Слишком много мороки, и оплачивается эта работа куда ниже, чем стоило бы. Хотя на свой доход я не жалуюсь, он выше, чем многие думают. Например, я зарабатываю больше, чем когда работала HR-менеджером в престижной компании. В школе намного интереснее, чем в офисе, каждый день что-то новое. Я честно хожу на работу с большим удовольствием.

Я согласна с тем, что учитель — это пример для подражания. Его поведение, умение достойно себя преподнести влияют на ученика. Внешний вид тоже важен. Порой мне хочется надеть на работу что-то яркое или немного откровенное, но я не могу себе этого позволить. Поэтому оставляю такие наряды для обычной жизни. А вот обращать внимание на ошибки за пределами школы я продолжаю. Могу поправить кого-то из друзей, если услышу неверное ударение. Если я учу ежедневно более 120 детей, то почему я не могу научить кого-то из близких?

Мне бы хотелось, чтобы к учителям относились с большим уважением, как в советское время. В первую очередь — родители учеников. К сожалению, сейчас они могут позволить себе влезть в учебный процесс с критикой и замечаниями лишь потому, что их ребенок принес плохие оценки.

Родители считают, что учителя должны всё сделать за него, и на выпускном они получат некий готовый продукт. Школа лишь показывает путь и корректирует мировоззрение, не более.

В своей школе я самая молодая учительница. Но я не вижу ничего плохого в преподавателях, которым 50 или 60 лет, многие из них вполне современны. Хотя не обходится без следов профессиональной деформации — шалят нервы, есть некоторая эмоциональная нестабильность. Но это не значит, что учитель стал плохим, он просто уже глубоко устал. Если не обращать внимания на мелочи, то ничего страшного.

Помимо работы в школе, мы с мужем занимаемся проектом в праздничной сфере, ведем мероприятия. Я активный человек, который постоянно нуждается в новых эмоциях и ищет пути, как их получить. Вот однажды утром я проснулась и поняла, что хотела бы попробовать себя в журналистике. Ради этого пошла на второе высшее образование. Не думаю, что останусь в школе навсегда, но совершенно не жалею об этом опыте. Там не так плохо, как все думают. Сложно, но интересно, а главное — полезно. Ведь мы воспитываем наше же будущее. Разве это не важно?»

Расскажи друзьям:

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

Темы